©Иллюстрации Евгении Двоскиной
Первый перевод русского художественного произведения на исландский язык появился, насколько нам известно, в 1878 г. Учитывая, что такие писатели, как Достоевский, Толстой и Тургенев, в ту пору пребывали ещё в добром здравии и по крайней мере двое последних были широко известны за пределами своей родины, можно было бы подумать, что переведённое на исландский произведение принадлежало кому-нибудь из них. Однако это было не так. Чести удостоился Александр Пушкин, к тому времени уже добрых сорок лет лежавший в могиле. Выбор переводчика пал на одну из «Повестей Белкина» — «Выстрел». Она публиковалась в виде «романа с продолжением» в четырёх выпусках журнала «Исафольд» (Ísafold)[1], и перевод был озаглавлен «Hólmgangan» («Поединок»)[2].
В те времена, насколько нам известно, никто из исландцев не изучал русский язык, так что не приходится удивляться тому, что перевод был выполнен через язык-посредник. Переводчик — вероятно, редактор журнала[3] (его имя нигде не упоминается) — предпослал своему переводу небольшое пояснение. Оно звучит так:
«Александр Пушкин был русским поэтом, одним из лучших, кто писал на этом языке. Он родился в 1799 году и умер в 1837 [погиб на дуэли]. — Сейчас русская поэзия, вероятно, впервые выходит в свет на исландском языке — а это именно поэзия, пусть и не в стихотворной форме; однако пусть читатели не воображают, что настоящий перевод сделан прямо с русского. Отнюдь нет: он выполнен всего лишь с датского, а датский переводчик, в свою очередь, вероятно, имел под рукой только немецкий перевод знаменитых произведений этого автора»[4].
Как видно из приведённых слов, произведения зарубежных писателей — за исключением датских и, возможно, норвежских, немецких и английских — часто попадали к исландским читателям весьма окольными путями. Разумеется, при таких долгих странствиях в тексты не могли не вкрасться неточности, и это следует всегда иметь в виду, рассматривая такие переводы[5]. Прямых переводов с русского на исландский почти не было примерно до середины ХХ в.
Новая публикация русского художественного произведения на исландском языке состоялась только спустя шесть лет, в 1884 г. Она была приурочена к годовщине смерти Тургенева. В следующие годы и десятилетия на страницах исландских газет и журналов регулярно появлялись переводы русской литературы, особенно произведения таких авторов, как Толстой, Тургенев и Горький. Что касается Пушкина, то в истории его переводов на исландский наиболее заметны «Повести Белкина». За период с 1878 по 1965 г. все «Повести», за исключением «Станционного смотрителя», были переведены на исландский больше одного раза — как правило, через посредство других переводов. О каком-либо единстве здесь говорить не приходится; переводчики столь же многочисленны, сколь и плоды их трудов[6]. В этот период нигде не упоминалось о предыдущих переводах конкретных новелл (если они были) и о переводах других новелл из той же книги — как и о том, что они тоже входят в «Повести Белкина». Если судить только по названным здесь газетам и журналам, невозможно сказать, знали ли переводчики (или редакторы) о существовании других переводов или о том, что в «Повести Белкина» входят пять новелл. Впрочем, эти сведения могли быть им известны, но не считались существенными для читателей.
Общая картина в итоге получается довольно пёстрая. Она вполне соответствует характеристике «беспорядок, царивший в издании переводов в Исландии», которую дал этому явлению литературовед и переводчик, профессор Аустрад Эйстейнссон (Ástráður Eysteinsson) в статье 1984 г., посвящённой художественному переводу[7]. Например, когда «Капитанская дочка» в 1915 г. начинала выходить в журнале «Исафольд» в качестве «романа с продолжением» (под названием «Pétur og María» — «Пётр и Мария»!), в кратком предисловии к ней сообщалось: «Прежде ещё не было практически никаких переводов Пушкина на исландский язык»[8]. Однако к тому времени на страницах исландских журналов и газет появилось уже по меньшей мере четыре новеллы Пушкина, и одна из них — «Пиковая дама» («Spaðadrottningin») —вышла также отдельным изданием. Это, разумеется, не много, но по исландским меркам никак не может считаться «практически никаких переводов».
Как уже говорилось, «Выстрел» был издан в 1878 г., а следующим произведением Пушкина, переведённым на исландский язык, стал «Гробовщик» (1885). Эта повесть вышла в свет под названием «Draugaveizlan» («Пир призраков») в журнале «Идунн» (Iðunn)[9], а потом в другом переводе в журнале «Двэл» (Dvöl) в 1937 г.[10], и там она была уже озаглавлена «Líkkistusmiðurinn» («Гробовщик»).
«Барышня-крестьянка» печаталась на исландском по крайней мере один раз: как «роман с продолжением» в журнале «Тьоудоулфур» (Þjóðólfur) в 1888 г.[11] под названием «Aðalsmanns dóttir í dularbúningi» («Переодетая дворянская дочь»). Текст этой новеллы также звучал в радиоэфире 15–17 июля 1959 г. в переводе Йоуна Р. Хьяульмарссона (Jón R. Hjálmarsson, 1922–2018) — историка и литератора, озаглавившего её «Hefðarmærin skiptir um ham» («Дворянка изменяет свой облик»). В телефонном разговоре с автором настоящей статьи переводчик заявил, что перевёл «Барышню-крестьянку» с английского и что его перевод нигде не был опубликован в печати. Также выяснилось, что Йоуну не было известно, что перевод этой новеллы на исландский ранее публиковался в печати[12].
«Метель» выходила на исландском языке трижды. Впервые — в 1915 г. в журнале «Нийар Квёльдвёкюр» (Nýjar Kvöldvökur) под названием «Hjónavígslan» («Венчание»)[13], затем в качестве «романа с продолжением» в журнале «Исафольд ог Вёрдюр» (Ísafold og Vörður) в 1930 г., уже под заглавием «Hríð» («Метель»)[14], и наконец в газете «Висир Сюннюдахсблад» (Vísir Sunnudagsblað) 15 марта 1942 г. под названием «Hríðarveður» («Метель», или «Вьюга»)[15].
Примерно через 90 лет после того, как на страницах журнала «Исафольд» в 1878 г. появилась новелла «Выстрел», в газете «Сюннюдахсбладид» (Sunnudagsblaðið) 14 ноября 1965 г.[16] вышел её новый перевод, под названием «Skotið» («Выстрел»). После этого Белкин и его повести исчезают с горизонтов на добрых полвека — во всяком случае, до 2014 г., когда «Выстрел» («Skotið»)[17] и «Гробовщик» («Líkkistusmiðurinn»)[18] вышли в новых переводах Ребекки Трауинсдоттир (Rebekka Þráinsdóttir), автора этих строк, с подлинника в журнале «Митли маула» (Milli mála)[19], вместе с короткой справкой о «Повестях Белкина»[20]. В 2018 г. в том же журнале был впервые опубликован перевод новеллы «Станционный смотритель» (под названием «Stöðvarstjórinn»[21]), также сделанный с русского, тем же самым переводчиком. Сейчас ведётся работа над текстом «От издателя», который до сих пор не был переведён на исландский, а также новеллами «Метель» и «Барышня-крестьянка». Планируется издать «Повести» отдельной книгой в 2020 или 2021 г.
Из других прозаических произведений Пушкина на исландском выходили уже упомянутая «Капитанская дочка», а также «Пиковая дама», последняя — как «роман с продолжением» в газете «Тьоудвильин» (Þjóðviljinn) в 1903 г.[22] Ещё один перевод «Пиковой дамы» был напечатан в двух частях в газете «Альтидюхельгин» (Alþýðuhelgin) в июне и июле 1949 г.[23] В том же 1949 г. кинотеатр «Хафнарбио» (Hafnarbíó) выпустил этот перевод отдельным изданием в связи с показом основанного на сюжете «Пиковой дамы» фильма британского режиссёра Торольда Дикинсона (Thorold Dickinson) «The Queen of Spades». Первая часть перевода в газете «Альтидюхельгин» предваряется небольшой заметкой об авторе и его творчестве. В ней сообщается, что в настоящее время по всему миру отмечается 150 лет со дня рождения поэта, говорится о гениальности Пушкина и его значении для русской литературы, перечисляются основные вехи его биографии. Подчёркивается мятежный дух поэта; о нём сказано, что «взглядов он придерживался радикальных и революционных»[24]. Кратко перечисляются его основные сочинения, к которым отнесены, например, «Руслан и Людмила», «Кавказский пленник», «Полтава», «Медный всадник» и «Евгений Онегин». Далее говорится, что для всех упомянутых произведений характерна «любовь поэта к свободе и человеколюбие, ненависть к гнёту, несправедливости и любой коррупции в стране»[25]. Жена Пушкина характеризуется довольно нелестным образом: утверждается, что эта «первая красавица России» «мало ценила поэтический талант своего мужа, зато любила веселье и распутство. Она была весьма расточительна, и доходы супруга быстро таяли»[26]. Для сравнения заметим, что в том месте статьи, где характеризуется сам Пушкин, о его собственном «веселье и распутстве» говорится иначе: «Он не был прилежным и трудолюбивым в конторской работе, но уделял гораздо более внимания творчеству и наслаждениям (курсив мой. — Р. Т.)»[27]. Подобные замечания повторяются во многих статьях на исландском языке о Пушкине, хотя и не всегда. Возможно, данная конкретная статья — не самый лучший образец того, что в Исландии писали о Пушкине (ниже речь пойдёт о более содержательных и качественных публикациях), но в некотором отношении она типична. В ней перечисляются те известные сведения о жизни и творчестве поэта, которые повторяются в различных коротких справках о Пушкине, публиковавшихся и до, и после неё. Имеются в виду статьи, судя по всему, переведённые из зарубежных журналов и обычно не осмысленные критически; при этом вряд ли те, кто их писал, сами много знали о Пушкине. В те времена подобный метод работы был весьма обычен (а кое-где остаётся таким и сейчас), и его основная цель — познакомить любознательных читателей с материалом.
Первый перевод «Пиковой дамы», сделанный непосредственно с русского, вышел в 2017 г. в сборнике «Рассказы из России» («Sögur frá Rússlandi») в переводе Ауслёйг Агнарсдоттир (Áslaug Agnarsdóttir)[28] — на сегодняшний момент крупнейшей переводчицы русской литературы на исландский язык. Достойно восхищения, что всего за четыре года (2014-2017) были изданы четыре перевода произведений Пушкина с подлинника — особенно если учесть, что в предыдущие десятилетия его произведения переводились очень редко.
Рассказ «Kona fiskimannsins» («Жена рыбака») был опубликован в 1966 г. в детском журнале «Айскан» (Æskаn), его автором назван Пушкин. Перевод украшают иллюстрации Бориса Дехтерёва к пушкинской «Сказке о рыбаке и рыбке». Однако в данном случае мы скорее имеем дело с переводом сказки братьев Гримм «Von den Fischer und siine Fru» («Vom Fischer und seiner Frau», «О рыбаке и его жене»). Прежде всего этот перевод — прозаический, как и немецкий оригинал, а рыбак призывает рыбку стихами — в сказке Пушкина такого нет. В этих стихах его жена зовётся Isabella (в немецком оригинале — Ilsebill), что никак не соотносится с пушкинским текстом. В исландском переводе рыбка — fallegur fiskur («красивая рыба», в оригинале groter Butt[29], буквально «большая речная камбала»), но в отличие от сказки Пушкина, она нигде не называется «золотой». Исландский перевод в целом следует тексту братьев Гримм, хотя что-то может быть выпущено, а что-то изменено на исландский лад или кратко пересказано, особенно в заключительной части сказки[30]. Трудно сказать, как произошло такое недоразумение, но можно предположить, что переводчик (имя которого нигде не называется) следовал каким-нибудь зарубежным образцам.
Первая публикация стихотворного произведения Пушкина на исландском языке относится, по всей видимости, к 1900 г., когда четыре из шести строф стихотворения «К***» («Я помню чудное мгновенье …») были напечатаны в переведённой со шведского (?) статье о Пушкине[31]. Этот перевод несколько отклоняется от оригинала. В 1936 г. Магнус Аусгейрссон (Magnús Ásgeirsson, 1901–1955), переводчик с большим опытом, переложил стихотворение «Ворон к ворону летит…» и издал его (под названием «Hrafnarnir», «Вороны») в пятом томе своего собрания стихотворных переводов[32]. В комментарии к нему отмечается, что «различные стихотворения Пушкина переведены на исландский Стейнгр[имуром] Торстейнссоном»[33]. Автору настоящей статьи не удалось обнаружить ни самих этих переводов, ни каких-либо других упоминаний о них. Однако не исключено, что они всё-таки существуют и что с рубежа XIX–XX вв. по 1936 г. издавались какие-либо другие переводы Пушкина. Надо заметить, что большинство из тех, кто брался переводить стихи и рассказы Пушкина, были опытными и уважаемыми переводчиками.
Столетняя годовщина смерти Пушкина в 1937 г. освещалась в исландских газетах, журналах и на радио. Сигурд Эйнарссон (Sigurður Einarsson, 1898–1967), пастор и литератор, написал для журнала «Двэл» статью, посвящённую памяти Пушкина. В ней кратко сообщается о николаевском царствовании и говорится, что «редко свободная, гуманистическая мысль обретала более сурового и непримиримого противника, чем Николай I»[34]. Однако, продолжает Сигурд Эйнарссон, среди всей этой нетерпимости, соглядатайства, слежки и ссылок литература процветала, и наставал золотой век русской словесности. Автор утверждает, что Пушкин «никогда не был известен в нашей стране» и что цель этой статьи состоит в том, чтобы «память об этом гиганте духа» не прошла мимо исландцев[35]. Здесь же перечислены основные вехи биографии Пушкина, а после статьи помещён ранее упоминавшийся перевод новеллы «Гробовщик».
В том же году в журнале «Скирнир» (Skírnir)[36] вышла амбициозная статья Сигфуса Блёндаля (Sigfús Blöndal, 1874–1950), сотрудника Королевской библиотеки в Копенгагене, создателя словаря. Он подчёркивает важность и гениальность Пушкина: «Сейчас русские люди, все как один, чтят его память: как большевики, так и их заклятые враги. Пушкин объединяет всех: он является столь же неотъемлемой частью духовной жизни каждого образованного русского, как и сам родной язык»[37]. Сигфус толково рассказывает о биографии Пушкина и его творческом пути, характеризует его влияние на все области литературы как «большое и продолжительное»[38]. Стоит заметить, что в связи с отъездом Пушкина из столицы в южные губернии, Сигфус не упоминает его ссылку или политические стихи, а пишет следующее: «Он… спустил большое состояние на азартные игры и забросил свои служебные обязанности. В итоге начальство посчитало нужным услать его из столицы…»[39]. Автор утверждает, что в молодости Пушкин был повесой и мотом. Он также замечает, что юная и красивая Наталья Гончарова не была подходящей парой для поэта, жаждавшего спокойной семейной жизни «лучше всего в деревне», напротив, она «любила блеск и шум, украшения и развлечения. Творчество Пушкина было для неё скучно»[40].